boitalsi


14.05
09:24

на заметку:)

- Моя стиральная машина во время стирки ускакала на полметра в сторону и забаррикадировала дверь ванны изнутри.
- Смотри, чтобы к тебе пылесос сзади не подошёл.

08.05
00:09

Спасатели


От Цейса бинокли

Ответственный пост,

Мы в лодке намокли

Во весь длинный рост.



Играет у борта

Морская волна,

Та женщина в шортах

По мне так полна.



Мелькнула в пучине

Раздетая тень,

За крабом мужчина

Ныряет весь день.



Девица, что слева

У кромки воды

Вобще королева

Туда и греби



18.04
08:07

Вот такой прикол.. Можно писать, если нравиться.

Если ты видишь как двое дерутся - прояви человечность …поверни телефон и снимай видео горизонтально.










04.04
20:02

вот анекдотик! Можно писать, коли улыбает;-)

Челюсти. I
С зубами у нас, как правило, связаны не самые приятные воспоминания. Оно
и понятно. Воспоминания о них к нам приходят только тогда, когда они
начинают болеть по-настоящему, и зубная боль не дает нам покоя ни днем,
ни ночью. В остальное же время они для нас являются скорее объектом
гигиены, чем жизненно важными образованиями.
Есть, однако, люди, для которых зубы – зона постоянного внимания и
беспокойства. Это вовсе не звезды кино и шоу, для которых идеальные зубы
и сияющая улыбка являются визитной карточкой, ради которой они готовы на
любые жертвы и траты. Это, прежде всего, простые люди, которые по тем
или иным причинам лишились своих зубов и вынужденно пользуются зубными
протезами. Именно для таких людей их протезы, в простонародье, челюсти
являются предметом постоянных забот, неудобств, переживаний, смешных и
одновременно неприятных историй. Несколько таких историй произошли с
людьми, которых я хорошо знаю или с которыми близко знакомы мои друзья.
Первая история, о которой я хочу рассказать, произошла в семидесятые
годы прошлого века в одном из портов Италии, куда под загрузку зашло
советское транспортное судно. Капитаном на этом судне был
шестидесятилетний морской волк – Сергей Иванович К., испытавший в своей
жизни немало передряг и лишений. В 36 году, его, тогда молодого морского
офицера, осудили по трем частям 58 статьи УК на 10 лет лагерей плюс 10
лет поражения в правах и пустили по этапам и зонам нашей необъятной
Родины. Крепкое здоровье и жизненный оптимизм, которыми одарили его в
избытке родители, помогли Сергею Ивановичу выжить в нечеловеческих
условиях Воркуты и Колымы и в мае 53 года выйти на свободу практически
без зубов, но с твердой уверенностью в том, что настоящая жизнь впереди.
Страна, в которой после семнадцатилетнего перерыва вновь оказался Сергей
Иванович, залечивала жестокие раны, оставленные Великой Отечественной
Войной. Не хватало всего: хлеба, мяса, одежды, обуви, дерева, металла,
денег. Но больше всего не хватало квалифицированных и грамотных людей,
которые как воздух нужны были, чтобы поднимать разрушенное войной
народное хозяйство и налаживать нормальную жизнь. Видимо по этой
причине, бывший зек – Сергей Иванович получил работу по своей
институтской специальности и стал ходить в море, сначала рядовым
специалистом, а затем в должности капитана большого транспортника.
Долгие годы заключений не только закалили характер Сергея Ивановича, но
и научили дорожить людьми, вынужденных жить и работать в условиях
ограниченной свободы. Поэтому на своем судне Сергей Иванович старался
культивировать атмосферу товарищества, основанную на взаимоуважении,
правовом равенстве, профессионализме и чувстве ответственности. Членам
команды такой подход был по душе и «старики», не один год ходившие с ним
в море, относились к капитану как своему второму отцу.
Это небольшое отступление от основной темы рассказа понадобилось, чтобы
читатель мог лучше понять психологию ситуации, которая сложилась однажды
утром на советском транспортнике, стоящем в итальянском порту под
погрузкой оливкового масла. Предшествующим вечером Сергей Иванович
принимал у себя в гостях делегацию итальянских коммунистов. В те годы
такие встречи посланцев страны Советов с представителями братских
компартий были обыденным явлением. Как правило, они проходили по одному
сценарию. Вначале происходил обмен информацией о положении дел в странах
и в партиях, затем шла дискуссия о будущем мировой социалистической
системы и коммунистического движения и, наконец, устраивался дружеский
ужин в каюте капитана.
Первые два вопроса описываемой встречи прошли строго по регламенту.
Дружеский же ужин идейных соратников затянулся до поздней ночи и
сопровождался обильным возлиянием русской водки и итальянской граппы.
Тосты «За победу коммунизма» и «За мировой пролетариат» звучали на
русском и итальянском языках так часто, что участники встречи крепко
накачались, и Сергею Ивановичу пришлось призвать на помощь матросов,
чтобы спустить итальянских коммарадос на берег и рассадить их по
машинам. Сам он тоже чувствовал себя не лучшим образом, хотя российская
закалка позволяла ему уверено держаться на ногах и давать необходимые
распоряжения по эвакуации итальянских товарищей.
По настоящему степень своего опьянения Сергей Иванович почувствовал
только утром, когда по давней привычке проснулся рано и встал на ноги.
Палуба судна под ним ходила, нутро мутило как при настоящей морской
болезни, голова была тяжелой и недееспособной, а обезвоженный спиртным
организм настоятельно требовал влаги, чтобы утолить непривычную жажду и
разжижить спиртной концентрат, в который превратилась кровь.
Рассеянным взглядом Сергей Иванович осмотрел большой стол, на котором
стояла неубранная с ночи посуда, подошел к нему и взял в руку первый
попавшийся стакан, наполненный до краев какой-то мутной смесью. С этим
стаканом он направился к открытому окну каюты и привычным движением руки
выплеснул его содержимое за борт. Когда струя мутной жидкости по
параболической дуге устремилась вниз, он заметил, как вместе с ней в
море нырнуло нечто розового цвета. Не придав этому никакого значения,
Сергей Александрович, вернулся к столу, нашел там бутылку с минералкой и
залпом выпил два стакана воды. Легче не стало, хотя язык уже мог
проворачиваться во рту. Сделав десяток легких гимнастических упражнений,
Сергей Иванович пошел в ванную комнату, принял холодный душ, побрился и
посвежевший, облачился в капитанскую униформу. Осталось проделать
последнюю процедуру утреннего марафета - вставить зубные протезы на
место. Обычно на ночь он вынимал их изо рта и помещал в стакан, который
стоял на тумбочке возле кровати. На этот раз на нужном месте ни стакана,
ни протезов не оказалось. Он поочередно осмотрел все комнаты своей
капитанской каюты, особенно внимательно столы и тумбочки, но нигде свои
«челюсти» не обнаружил. Их не было ни на столах, ни под сто-лами, ни под
стульями, ни под кроватью, ни под диваном. Их вообще не было в
капитанской каюте.
По мере того, как надежда найти протезы улетучивалась, страх оказаться в
роли беззубого капитана становился все сильнее и сильнее. Этот страх и
отрезвил Сергей Ивановича. Протрезвевший ум быстро восстановил в памяти
сценку со стаканом, и Сергей Ивановичу стало ясно, что розоватое нечто,
выплеснутое им вместе с мутной смесью из стакана, было ничем иным как
его протезами. От осознания этого Сергея Ивановича бросило в озноб. Да и
было отчего. Ему предстояло еще больше месяца провести в море, сделать
новый заход в иностранный порт под погрузку и все время общаться
посредством своего беззубого рта с разными людьми: лоцманами,
представителями портовых служб и фирм, членами своей команды. То, что
зубы нужны были еще и для еды, капитана в тот момент заботило меньше
всего.
Минут десять Сергей Иванович лихорадочно перебирал в уме различные
варианты решения возникшей проблемы. Срочно вызвал к себе для усиления
мозгового штурма первого помощника. Тот, собственно, и подсказал
решение: обратиться к итальянскому дантисту. Судну предстояло стоять в
порту еще несколько дней, и за это время вполне можно было успеть
сделать новые протезы. Сергей Иванович принял идею, созвонился с
переводчиком и вместе с ним выехал на поиски нужного дантиста. Нашли его
они достаточно быстро. Разговор с дантистом вначале обрадовал. - Никаких
проблем, синьоры, я сделаю прекрасные протезы из самых современных
материалов за два дня.- Но затем он озвучил цифру, которая повергла
Сергея Ивановича в глубокую печаль. Стоимость своей работы синьор
протезист оценил в сумму равную всей наличной валюты, которая была в
распоряжении капитана и предназначалась для выдачи членам команды при
выходе их на берег, а также представительских расходов самого капитана.
Когда Сергей Иванович попытался сбить стоимость работ, синьор протезист
жестко дал понять, что торг не уместен. Поблагодарив итальянца и сказав
ему, что он, возможно, приедет через пару часов для оформления заказа,
Сергей Иванович отправился к себе на судно. Решение задачи возникло у
него в голове, когда он возвращался на транспортник.
Приехав на корабль, Сергей Иванович сразу же объявил полундру и, когда
весь экипаж выстроился на палубе, обратился к ним с такими словами.
- Сынки, я всегда говорил вам, что вы не должны смотреть в рот своему
начальству. Сейчас я хочу отступить от своих слов и попрошу вас
посмотреть мне в рот. Что вы там видите?
Сергей Иванович широко раскрыл свой рот, и члены экипажа увидели
беззубый зев капитана. Последовала недолгая пауза, которую прервал голос
штурмана, ошарашенного увиденным не меньше других членов команды.
- Сергей Иванович, у вас нет зубов!?
- Да, сынки, у меня нет зубов. Сегодня утром я случайно отправил их за
борт ловить рыбу. И они, окаянные, не хотят возвращаться на место.
Видно, им приглянулась хваленая западная свобода.
Раздался веселый смех, и лица многих членов команды оживились.
Почувствовав разрядку среди подчиненных, Сергей Иванович продолжил.
- Сынки, я обратился сегодня к итальянскому дантисту с просьбой сделать
мне протезы за пару дней. Он согласился выполнить заказ, но потребовал
оплату, равную всей валюте, которая имеется у меня в распоряжении. Это,
прежде всего, ваши береговые деньги. У меня к вам большая просьба:
разрешите мне оплатить работу дантиста из этих средств. По приходу домой
я сполна рассчитаюсь с вами. Выручите вашего капитана. Не дайте испытать
позор при общении с иностранцами.
Сергей Иванович предполагал, что после его обращения среди членов
экипажа может возникнуть дискуссия по поводу его просьбы, хотя был
уверен в том, что большинство поддержит ее. Однако то, что произошло на
самом деле, до глубины души растрогало его. Не сговариваясь и не
дискутируя, все члены экипажа в один голос решили отдать ему свои
береговые на изготовление зубных протезов. Общее мнение экипажа
эмоционально выразил молодой механик Владимир, лишь второй раз вышедший
вместе с капитаном в море:
- Отец, о чем вы просите!? Делайте, так как считаете нужным. Мы
обойдемся без мохера, колготок, грюндигов, джинсов и жвачки. А вам зубы
нужны!
С трудом сдерживая слезы, Сергей Иванович, подошел к своим сынкам,
по-отцовски обнял каждого и сказал им простое, но много значащее слово -
спасибо.
Через два дня импортные протезы были готовы, и Сергей Иванович, не
стесняясь своей беззубости, мог говорить и улыбаться во весь рот. Он мог
улыбаться как голливудский актер, но не делал этого - жизнь не приучила
его к улыбкам.
Вечером того же дня Сергей Иванович накрыл праздничный стол для своего
экипажа, и его сынки впервые узнали, как их капитан лишился своих зубов.












Папки